Они подошли каменой стене, и Альфред, вытащив один камень, засунул руку в образовавшееся отверстие. Перед ними сразу же открылась дверь, давая им доступ на базу.
Уже сидя на стуле, Тори глядела на экран и пила кофе, который принес Альфред, как только они поздоровались с Гамильтоном, просматривая кадры с захваченными заложниками, над которым издевались террористы. Здесь все были пешками, Тори уже знала, что заложники погибли, и они не пощадили никого, ни детей, ни взрослых. Даже похитители были пешками, которых превратили в машины, с единственной миссией — убивать. В них не осталось ничего человеческого, они были бессмысленными фигурами, которые двигали по шахматной доске более влиятельные персоны. И даже зная имена руководителей, агенты не брали их, хотя на них уже и так было достаточно информации, чтобы они провели ближайшие сто пятьдесят лет в тюрьме.
Альфред о чем-то негромко разговаривал с Гамильтоном, когда к Тори тихо подошел Питер, и уселся позади неё. На экране мелькало улыбающееся лицо Бернардо, он пил вино со своим дядей, ведь это в их руках были те пешки, и они готовы был сделать следующий ход. Оставалось найти заказчика, который руководил ими, оплачивая весь этот ужас.
— Мы проверили все документы, которые ты скопировала, с компьютера Альберто.
— Там ничего?
— Да, все чисто.
— И у Бернардо тоже.
— Да.
— Черт, мы до сих пор не знаем имен заказчиков.
— Вы с Альфредом уже в кругу близких друзей.
— И что? Что нам предстоит сделать, чтобы стать еще ближе? Убить кого-то?
— Все может быть. Скорее всего, вас подставят, чтобы вы были у них на крючке.
— Думаю с наркотой. Ведь мой муж, Риккардо, уже стал наркоторговцем.
Гамильтон оглянулся, когда увидел, что Альфред не слушает его, а смотрит в сторону Тори.
— Питеру нравиться Виктория, и как я посмотрю, тебе тоже. — Альфред удивленно взглянул на него. — Береги её, она все, что у меня есть.
— Почему же ты позволил ей стать агентом?
— Она упертая, хотела отомстить за родителей. Знаешь, когда я её увидел беззащитную, одиноко стоящую в прихожей в окружение агентов, которые просто не знали, что ей сказать в тот момент, в её глазах была боль, страх и ненависть. Если бы я её раньше не видел, и не знал, какой она была веселой и жизнерадостной девочкой, в жизни бы не поверил, что этот ребенок мог улыбаться. А теперь Виктория просто боится повторить судьбу своих родителей. Сам знаешь, у агентов семья — это работа.
— Знаю. Мы не знаем, что будет с нами завтра, у нас нет будущего, есть только настоящее.
— Черт, я переживаю за вас. Я готов отозвать вас в любую минуту. Из-за того что Катрина скрыла ото всех информацию, что Бернардо и Альберто родственники, да еще близкие, теперь моя девочка в еще большей опасности, ходит по самому обрыву.
— Сэр, я не позволю, чтобы с ней что-нибудь случилось.
— Знаю. Не поверишь, но я рад, что Николас попал в аварию, и тебе пришлось быть на его месте. С тобой мне спокойнее.
Альфред смотрел на Тори и видел, как Питер обнял девушку и прижал её к себе. Наблюдая за парой, глядящей на монитор, он сжал кулаки. Его охватывала ревность от того, что рядом с Тори находятся другие мужчины. Ему хотелось, как пещерному человеку, схватить девушку, и утащить в свою берлогу. Хотя он понимал, что она будет у него вырываться всю дорогу, и отстаивать свои интересы.
Тори не знала, что он прикрепил к её машине камеру, и не знала, что на каждой вещи висящей в её гардеробе, есть датчики, отслеживающие её местоположение. Он приказал еще перед заданием установить их, что бы быть спокойным. Знать, что он её всегда найдет, чтобы не случилось. И когда оказалось, что Николас вышел из строя, сам пошел к Гамильтону и предложил себя, чтобы быть рядом с ней.
Сегодня, когда он увидел, что её целует эта мразь, ему захотелось на все наплевав, убить его, хотя понимал, что этим сорвет все задание. Он не хотел, чтобы этот поддонок дотрагивался до его Тори, не хотел. А потом он видел, как в машине её целовал Питер и, скрипя зубами, ждал её.
За месяц он узнал о ней больше, чем за все годы работы. Он заметил, что когда она думает или читает документы, то прикусывает губу и забавно хмурит лоб. А когда улыбается, в её глазах появляется блеск, который не скрывают даже линзы. Как на её щеках при улыбке появляются ямочки, которые так и хочется поцеловать. Когда ночью он переносил Тори на кровать, она сразу обнимала его, обвиваясь вокруг его тела. От постоянной эрекции ему уже не помогал холодный душ, и он просто не представлял, сколько еще сможет так продержаться. Каждую ночь он засыпал под утро, в то время как Тори спала сном невинного младенца.
И сейчас глядя на Питера, крутящегося возле Тори ему хотелось врезать тому, как следует, и сказать, чтобы не лапал его женщину.
— Так, что ты скажешь по этому поводу? — прервал Гамильтон его мысли. Альфред нахмурился, понимая, что прослушал все, что ему рассказали.
— Я думаю, нужно и Виктории это выслушать, ведь это и её касается. — Выкрутился мужчина.
— Куда тебе прицепить датчик, на бабочку или на платок?
— Гм…
«— Да уж, попал, так попал». — Подумал Альфред.
— Послушаем мнение женщины, ей виднее.
Гамильтон посмотрел на Тори, и перевел взгляд на Альфреда:
— Чтобы мы делали без женщин?
— Померли сперматозоидами. — Сказав это, мужчина направился к сидящей девушке.
Глава 11
Мужчина открыл перед девушкой дверь, и подал ей руку, чтобы она вышла из машины. Прижавшись к ней, он тихо прошептал:
— Я не говорил тебе, что ты сегодня выглядишь великолепно?
Тори посмотрела на Альфреда и лишь покачала головой. Мужчина наклонился и нежно поцеловал её в губы. Даже этот мимолетный поцелуй был сладок. Он медленно отодвинулся от нее и, не поднимая глаз, пропустил вперед.
— Почему-то мне страшно. — Тихо произнесла она, но Альфред услышал и, взяв её руку, крепко сжал, стараясь передать ей хоть немного своей силы, а потом развернул к себе и посмотрел в её глаза.
— Мы договаривались, что сегодня не будем рисковать, не так ли? И мы не будем.
— Хорошо…
Они вошли в дом, где их встречал сам хозяин.
— На вас смотреть — одно сплошное удовольствие, — проговорил Альберто Руссо, пожимая руку Альфреду.
— Сабина, вы шикарная женщина, вашему мужу повезло.
Тори улыбнулась своему «муженьку», а Альфред, обняв её за талию, крепко прижал к себе.
Они увидели, как в холл вошла красивая женщина, за ней следовал Бернардо.
— Вивьен, — обратился Альберто к женщине. — Позволь представить тебе наших дорогих гостей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
